Вынужденное импортозамещение: на пороге новой реальности

Вынужденное импортозамещение: на пороге новой реальности
Уход зарубежных вендоров болезненно отразился на заказчиках из всех отраслей, однако кому-то преодолеть его будет легче, как, например, госсектору, который уже несколько лет жил в парадигме импортозамещения ПО, а кому-то тяжелее.

Ситуация, сложившаяся за последний месяц, обернулась для России настоящей экономической войной: жесткими санкциями со стороны США, Евросоюза и ряда других стран, а также массовым исходом западных компаний, в том числе работающих в сфере телекоммуникаций и информационных технологий, с российского рынка. Одни из них просто прекратили свою деятельность, оставив без поддержки и обновлений клиентов в России, другие отказались продлевать текущие лицензии и продавать новые, третьи существенно ограничили портфель продуктов и услуг для отечественных заказчиков. Даже если западный вендор продолжает обслуживание, у клиентов в России неизбежно возникают проблемы с оплатой, поскольку западные платежные системы перестали работать в нашей стране. На территории Российской Федерации их функции выполняет «НСПК», но осуществление трансграничных платежей с ее помощью невозможно.

Многие эксперты уже называют текущую ситуацию «новой реальностью», в которой приходится жить и существовать как российской ИТ-отрасли, так и потребителям ее продуктов и услуг. К счастью, все эти события не застали российские ИТ-компании врасплох. В стране на государственном уровне уже много лет проводится планомерная политика по импортозамещению зарубежных решений отечественными аналогами. И если совсем недавно у такого подхода были скептики, которые рассуждали о том, куда, мол, денутся мировые гиганты, работающие в России не один десяток лет, то сегодня их голосов больше не слышно. Перед отечественными предприятиями, в свою очередь, встала глобальная задача: экстренно мигрировать на российские аналоги зарубежных систем, сделав это максимально быстро, безопасно и без лишних затрат. Как и насколько им в этом готовы помочь российские разработчики и интеграторы?

Не ждали…

Как считает Виталий Баланда, руководитель практики цифрового консалтинга компании «Рексофт», существует несколько слоев проблем, которые встали перед ИТ-департаментами предприятий: инфраструктура, данные, приложения, процессы (гибкость/перестройка) и люди. «В каждом из них есть свои риски, — говорит он. — Первый — инфраструктура единая для всех крупных предприятий. Уже ощущается дефицит инфраструктуры, на которой разворачиваются информационные системы. Из-за санкций привычный набор западных вендоров и платформ недоступен. Облачные ресурсы, существующие в стране, конечны, как и запасы инфраструктуры самих предприятий, то есть расширяться не на чем».

«Если с базовым ПО в нашей стране ситуация приемлемая (есть качественные операционные системы, офисные продукты, интернет-браузеры и т.д.), то со специализированным ПО ситуация сложнее. В частности, не менее 70% высокотехнологичных предприятий России зависимы от зарубежных инженерных ИТ-систем. Как следствие, введенные санкции усложнили процессы проектирования и математического обоснования текущих и новых проектов, реализуемых на предприятиях всех отраслей промышленности», — добавляет Дмитрий Фомичев, директор по математическому моделированию госкорпорации «Росатом».

«Рассматривая все многообразие отечественных программных решений, многие из которых имеют уже многолетнюю историю успеха, невольно задаешь логичный вопрос: почему для массового перехода на российское ПО потребовались внешние стимулы, такие как санкции и уход зарубежных вендоров? Возможный ответ связан с тем, что исторически в РФ сложилась практика импорта большинства высокотехнологичных решений, начиная с аппаратных компонентов (ПК, серверами, сетевыми устройствами, периферией) и заканчивая операционными системами и офисными пакетами. Западные вендоры, увидев в конце прошлого века в России широчайший голодный рынок сбыта, устремились сюда со своими огромными маркетинговыми бюджетами, торгуя зачастую с минимальной маржинальностью с целью лишь «застолбить поляну» за собой и не пустить сюда конкурентов. Бизнес в нашей стране рассуждал тоже отчасти прямолинейно: зачем вкладывать в разработку аппаратного и программного обеспечения денежные средства, людские ресурсы и время, когда на Западе все уже давно придумано и отлажено, а вендоры и интеграторы предлагаю решения под ключ, давно опробованные в мировых компаниях аналогичного сектора? И этот подход выходит далеко за рамки ИТ, достаточно вспомнить самолетостроение, автомобилестроение, да даже легкую промышленность, — комментирует Руслан Рахметов, генеральный директор компании Security Vision. — Возвращаясь к ИТ-решениям, срочно требующимся в сложившихся условиях, можно ответить, что необходимы не какие-то конкретные решения (они почти все уже существуют и успешно эксплуатируются), а нужна скорее единая экосистема удобных продуктов, совместимых между собой, а также с оборудованием и средствами защиты. Кроме того, с организационной точки зрения, вероятно, востребован немедленный процесс миграции с привычных работающих зарубежных решений на отечественные аналоги, однако сокращающиеся бюджеты и недостаток подготовленных к работе с российским ПО ИТ-специалистов могут существенно замедлить данный процесс».

Больно или не очень

Уход зарубежных вендоров болезненно отразился на заказчиках из всех отраслей, однако кому-то преодолеть его будет легче, как, например, госсектору, который уже несколько лет жил в парадигме импортозамещения ПО, а кому-то тяжелее. «В зоне риска — рынок комплексной автоматизации предприятий и облачный рынок. А также компании любой отрасли, использовавшие или обслуживающие системы планирования ресурсов немецкого вендора SAP — многолетнего лидера российского рынка ERP-систем. В результате санкций российским заказчикам и подрядчикам внедрений SAP будут недоступны обновления и глобальная поддержка. Уход западных вендоров будет менее болезненным для тех, кто частично перешел на российское ПО», — считает Роман Дзвинко, исполнительный директор компании «БизнесАвтоматика».

Руслан Рахметов (Security Vision) полагает, что и в государственных компаниях далеко не все гладко с импортозамещением. «По некоторым данным, доля российских продуктов, используемых, например, в госкомпаниях, в среднем составляет 30–35%, а остальная часть — это зарубежные решения. Можно предположить, что в коммерческих компаниях доля российского ПО еще ниже. При этом ранее сообщалось, что в планах Минцифры РФ на первый квартал 2022 года был запуск центра тестирования отечественного оборудования и программных продуктов для осуществления проверки готовности использования в госорганах и госкомпаниях программного обеспечения, совместимого с российским оборудованием. Вероятно, в связи со сложившейся ситуацией данные работы будут интенсифицированы, а вопросы поиска замещаемых импортных продуктов станут не так остры как минимум для компаний с государственным участием и бюджетных учреждений», — говорит он.

По словам эксперта, с точки зрения коммерческих компаний наиболее болезненно уход западных вендоров могут воспринять отечественные организации, зависимые от предоставляемых услуг (особенно в случае использования зарубежных облачных платформ и моделей SaaS, PaaS, IaaS), от технической поддержки, не обладающие компетенциями в работе с российскими аналогами привычных зарубежных продуктов. «Следует также учесть, что постоянные лицензии, выпущенные на ранее приобретенные зарубежные решения, продолжают действовать, но с обновлением продуктов и расширением лицензий могут возникнуть сложности. При этом с зарубежными средствами защиты ситуация может оказаться критической: например, могут перестать обновляться базы сигнатур антивирусов, сигнатуры систем обнаружения/предотвращения вторжений, данные систем репутационного анализа, данные систем киберразведки (фиды Threat Intelligence)», — заключает он.

В поисках пути

Что же в сложившейся ситуации делать заказчикам: продолжать использовать западные ИТ-решения без поддержки и обновлений, рискуя безопасностью своих данных, искать в России экспертизу по их поддержке либо мигрировать на отечественные аналоги? «Мы рекомендуем рассмотреть все возможные варианты: на текущем этапе мы фиксируем как миграцию, так и продолжение использования иностранных сервисов», — отвечает Александр Тугов, директор по развитию услуг компании Selectel.

«Каждый пользователь вправе выбирать самостоятельно, однако риски применения западных продуктов или платформ достаточно высоки, — считает Павел Гуральник, генеральный директор компании ISPsystem. — Компании стоят перед выбором: продолжать использовать эти решения на свой страх и риск, потому что в ближайшей перспективе неизвестно, какое решение примет вендор. Если не готовится к переходу на отечественное решение заранее, то этот процесс может стать экстренным и болезненным, а случится он в момент, когда вендор в одно мгновение просто «выключит рубильник». Искать экспертизу в России — можно, у нас осталось большое количество сервисных компаний, способных помочь с западными решениями, но здесь речь о риске и доступности этих сервисов — их оплата и легальность использования платформ. Мое мнение — надо искать альтернативу. Там, где западные решения еще работают, можно делать это превентивно, а не реактивно, но подавляющее большинство компаний сейчас занимаются превентивной митигацией рисков вследствие санкций».

«Представьте: продукт, обеспечивающий работу критически важных функций в вашей компании, перестал обновляться, в нем больше не исправляются баги, его функционал начинает отставать от возможностей схожих продуктов, представленных на рынке, не обновляясь, он несет повышенные риски информационной безопасности — можно выстраивать работу компании, используя такое решение? Думаю, ответ очевиден. Если вы верите, что в скором времени все ограничения снимут, а производитель работающего у вас решения вернется на российский рынок, наверное, можно какой-то непродолжительный период обойтись старой версией. Но если вы все-таки считаете, что уход с российского рынка иностранных компаний — это явление длительное, то, конечно, нужно искать альтернативы уже сейчас. Альтернатива — это ПО отечественного производства, ПО других иностранных компаний, которые продолжают работу в России или Open Source, здесь придется выбирать, учитывая особенности вашего бизнеса, задачи, которые вы перед ним ставите, и принимать во внимание риски», — говорит Николай Нашивочников, технический директор компании «Газинформсервис».

Как полагает Александр Дворянский, директор по специальным проектам компании Angara Security, у большинства предприятий не возникнет особых затруднений с иностранным ПО, достаточно вспомнить и следовать политике импортозамещения, объявленной еще восемь лет назад. «Безусловно, пользователи западных платформ столкнутся с определенными трудностями при эксплуатации и сопровождении решений, разработчик которых ушел с рынка РФ. Однако с 2014 года подавляющая часть участников рынка уже всерьез рассматривала отечественные решения в рамках импортозамещения. Поэтому к настоящему моменту компаний, полностью привязанных к иностранным платформам и ресурсам, не так уж и много. Это в основном филиалы и представительства иностранных фирм», — утверждает эксперт.

В поисках альтернативы

Портфель ИТ-решений от российских разработчиков весьма разнообразен. К примеру, в области системного ПО имеется немало Linux-дистрибутивов, которые могут работать и на высоконагруженном сервере, и на рабочей станции, и на обычном домашнем или офисном ПК. В части офисных пакетов также легко найти альтернативу. Что касается ПО для информационной безопасности, оно признано во всем мире. Но есть и определенные пробелы, еще недостаточно освоенные отечественными программистами. «Наша компания работает в области информационной безопасности, и я могу сказать, что именно в данной отрасли разработано много альтернатив иностранным продуктам. Это не случайно, бурное развитие стимулировал закон 2017 года о защите критической информационной инфраструктуры, обязующий компании, имеющие объекты КИИ, переходить на российское программное обеспечение. И такой процесс активно шел, продолжается он и сейчас, поэтому нам есть что предложить заказчикам взамен популярных иностранных продуктов», — говорит Николай Нашивочников («Газинформсервис»).

«Очень многие сервисы и продукты имеют свои аналоги в России, — добавляет Павел Гуральник (ISPsystem). — Начиная от инструментов для совместной работы и заканчивая продуктами для ВКС и платформами для виртуализации, оркестрации инфраструктуры ЦОДов и т. д. Альтернатива в стране есть, но у пользователей появляются вопросы к тому, что многие отечественные решения не совпадают с западными один к одному. И это не вопрос отсутствия функциональности, а вопрос привычки и переобучения своих сотрудников. Это новые решения, которые нужно закупить, внедрить, интегрировать с другими ИТ-системами, проделать колоссальную работу по обучению персонала и в целом понять, как работает решение. Где-то заказчикам придется пойти на компромисс, потому что функциональность отечественного решения не будет соответствовать западному продукту. Но это не вопрос того, что отечественные продукты хуже, они просто другие. У них своя история создания, своя дорожная карта развития, свое видение функциональности, которая требуется рынку, и своя клиентская база».

Оптимистично настроен Роман Дзвинко («БизнесАвтоматика»). «Сегодня российский рынок предоставляет полный спектр систем для автоматизации организаций любой отрасли и масштаба. О дефиците можно будет говорить скорее в области ИТ-кадров, поскольку могут возникнуть сложности с использованием услуг разработчиков из соседних стран и в области элементной базы для создания ИТ-оборудования, поскольку комплектующие не производились, а ввозились из-за рубежа», — полагает он.

«Активно обсуждается импортозамещение ERP-систем по управлению предприятием и PLM-систем по управлению жизненным циклом производства и изделий. Аналоги этих решений в России есть, но их функционал отличается от привычного и предполагает существенную доработку. Плюс у отечественных решений нет единых стандартов передачи данных, а значит, существует дополнительная задача по их интеграции. Кроме того, сам переход на отечественные программы — сложный и небыстрый процесс, нуждающийся в ресурсах, времени, импорте данных из текущих программ, тестировании совместимости с остальным ИТ-окружением, обучении персонала и т. д. Оба класса этих систем не требуют немедленной замены, так как большинство западных вендоров объявили о приостановке новых продаж и обновлений, сервисную поддержку текущим российским клиентам они обещали оказывать. Однако риск у предприятий есть. Еще одна зона риска в промышленности — производственное ПО и ПО для инжиниринга и производства — САПР, CAD, АСУТП, ПО для программирования станков. Это наиболее сложный в замене программный слой, качественных аналогов которому крайне мало», — заключает Виталий Баланда («Рексофт»).

***

Мы только начали разговор о вынужденном импортозамещении западных ИТ-продуктов, с необходимостью которого столкнулись российские предприятия и компании всего месяц назад. Вопросов здесь пока больше, чем ответов, поэтому мы обязательно продолжим тему в одном из следующих номеров.